Персона

Здесь журналистам всегда говорят правду и только правду. И тут же поправляются: «Но не всю». Есть ведомства, которые для того и создаются, чтобы хранить государственные тайны. А ФСБ – главное среди них. Несмотря на это, мы все-таки задали свои личные вопросы начальнику УФСБ России по Ставропольскому краю, Герою России, генерал-лейтенанту, кандидату юридических наук Олегу Дуканову. И на некоторые из них даже получили ответы.

 

Искусство безопасности

 

Наша встреча с Олегом Михайловичем состоялась накануне Нового года – 29 декабря. Вхожу в большой кабинет с портретами Дзержинского, Андропова и Патрушева, с часами в виде двуглавого орла, с длинным столом, на котором возвышаются маленькие нарядные елочки. Спрашиваю:

– Как у вас настроение, уже новогоднее?

– А как же? – улыбается Олег Михайлович. – Учитывая, что с 31-го декабря по 9-е января наше ведомство переходит на усиленный режим несения службы, настроение самое что ни на есть новогоднее.

– Работа ваша связана с секретами, тайнами…

– Конечно. А я – в числе носителей самых важных тайн.

– Это как-то сказывается на характере?

– По всей видимости, да. За годы работы формируются какие-то качества. Сдержанность, умение быстро оценить ситуацию. Развивается аналитическое мышление.

– Вы, наверное, очень закрытый человек…

– Почему же? Я, как начальник, человек публичный. Вот состав мой – закрытый в разной степени. Есть глубоко закрытый.

– Нервная у вас работа?

– На конвейере работать еще сложнее в плане нервно-психологических нагрузок. Я вот в Тольятти был на экскурсии, смотрел, как трудятся люди на автозаводе. Два шага назад, три шага вперед. Так на протяжении часа, все время в одном режиме. Даже нервные срывы бывают. А у нас работа творческая, поэтому она интересна и мы от нее не устаем. Давно ходят споры, оперативная деятельность – это ремесло или искусство? Я на стороне тех, кто утверждает, что это искусство. Потому как достичь результата в нашей работе очень сложно без определенных, возможно, врожденных навыков общения с людьми.

– А в какой момент вы обнаружили их у себя?

– А я не сказал, что они у меня есть. Я говорил о наличии таких навыков у сотрудников.

– Как вы думаете, вы хороший начальник?

– Евгения Ивановна?

Пресс-сектретарь вступает в разговор:

– Прежде всего, Олег Михайлович – сильный руководитель и сильная личность. Глубоко симпатично то, что за достижениями управления он видит его сотрудников. Каждый из нас может в полную силу раскрыть свой потенциал. И мы знаем, что Олег Михайлович по достоинству оценит все сделанное нами. Он строгий и требовательный, но с ним очень интересно работать.

– Я считаю, что отношения должны строиться на взаимном доверии, – объясняет Олег Михайлович. – Не приемлю фразы: «Делай, как я сказал». Скорее предложу: «Делай, как я», если только буду уверен, что смогу сделать лучше. Несмотря на то, что уровень требований к сотрудникам достаточно высок, у нас очень доброжелательные отношения, все основано на взаимоуважении. Я очень ценю обязательность, честность, надежность и профессионализм своих сотрудников.

– ФСБ может узнать правду о любом человеке?

– Конечно. Особенно с помощью детектора лжи, -- шутит Олег Михайлович.

– Тоже применяется?

– Вне всякого сомнения.

– А в личных целях пользуетесь профессиональными возможностями?

– Ни в коем случае.

– Тогда как вы определяете, что за человек перед вами, можно ли ему доверять?

– Прежде всего, смотрю в глаза. Если передо мной мужчина – отмечаю, какое у него рукопожатие. Затем уже обращаю внимание на манеру ведения разговора, общения.

Не приемлю откровенное хамство, безразличное отношение к выполнению долга. Но мое неудовлетворение внешне почти никак не проявляется.

– А в чем проявляется?

– В мягко сделанном замечании. Этого достаточно.

– Какой бы вы дали автопортрет в трех словах?

– Все характеризующие данные сотрудников ФСБ являются секретными. Разглашать не буду. Судите сами.

– Тогда расскажите о своей жизни.

– Родился я в Белоруссии, но юность прошла в Рязани. Мой отец воспитывался в детском доме сначала в Москве, потом в Борисоглебске, окончил военное училище во Владимире, затем Минский университет. Работал оперативным работником, старшим следователем. С папы начинается наша династия. Я потом долго поиском родственников занимался. Почти нашел.

– Школу заканчивали в Рязани?

– Да, и, кстати, с одноклассниками и классными руководителями – учителями немецкого и истории – регулярно встречаемся до сих пор.

– Что учителя говорят, вы сильно изменились?

– Сейчас они меня явно перехваливают. Когда я был начальником ФСБ в Рязани и встречался с детьми в школе, они все время рассказывали, какой я был образцовый ученик. Абсолютную неправду. Я был такой же, как все, получал и двойки, и колы, и дрался на переменах, и бегал. Обычный, нормальный ребенок. Но, наверное, они уже и сами верят в то, что говорят.

Я занимался спортом, довольно активно и успешно. Собирался поступать в Омский институт физкультуры. Я был бы неплохим тренером. Спорт и сейчас есть в моей жизни, но в несколько ином виде, я председатель совета краевого общества «Динамо», вице-президент федерации «Русского боя» страны.

А тогда в последний момент родителям показалось, что это очень далеко, и меня просто не отпустили. Я поступил в Рязанское военное инженерное училище, один из лучших военных технических вузов страны. Это была не только хорошая профессиональная школа, это была школа воспитания.

– А те ограничения, которые накладывает режим военного училища, вас не испугали?

– Да нет в этом ничего страшного. У меня отец военнослужащий, эта жизнь мне известна с детства. Старший сын тоже военный. Майор. У меня большая семья – родители, жена, два сына, дочка – жена старшего сына, а теперь уже и внучка. К сожалению, вместе удается собраться очень редко. Как правило, в Рязани. Мы считаем это достижением. Это очень здорово.

– Куда отправили служить после училища?

– После училища служил в Азербайджане.

– Как перешли из министерства обороны в КГБ?

– Я был тогда командиром роты в Азербайджане. Ко мне подошел сотрудник контрразведки. Для меня эта структура была тогда недостаточно известна, это была такая полузакрытая организация. Как любой молодой человек, я много читал о деятельности спецслужб и контрразведки, мечтал там работать, но практически ничего толком не знал. Когда встал вопрос о переходе в военную контрразведку КГБ, я спросил совета у отца. Он посоветовал давать согласие. И в 78-м году я поступил на Высшие курсы военной контрразведки.

– Что-то изменилось для вас после этого решения?

– Жизнь моя с переходом в КГБ поменялась. Я был техническим специалистом, а тут – совершенно другая специфика работы.

– Какая?

– Специфика заключается в использовании тех методов и средств, которыми мы обеспечиваем безопасность. В эффективности их использования и заключается профессиональное мастерство сотрудников.

– Как вообще ФСБ пополняет свои ряды?

– Есть два пути: либо к нам кандидаты приходят сами, либо наши специалисты ищут подбирают кандидатов. Перед нашими сотрудниками стоит задача – находить кадры. Отбираем лучших среди лучших. У нас всегда был высокий конкурс. Поэтому качественный состав у ФСБ достаточно высокий по сравнению с другими ведомствами.

– Как дальше, уже после курсов контрразведки, пролегал маршрут вашей службы?

– В должности оперуполномоченного был направлен в Гудауту. Обслуживал авиационный полк. Потом – районный центр в тридцати километрах от Тбилиси. Пять лет там, затем – заместитель начальника особого отдела КГБ Бакинского гарнизона. В 85 году я стал начальником этого отдела. Затем в Москву, в Академию. После Академии вернулся в Тбилиси. В 93-м из Тбилиси переместился в Нижний Новгород. Сначала был заместителем начальника военной контрразведки, потом начальником контрразведки Приволжского округа внутренних войск. В 97 году снова учился – в Академии генерального штаба. Затем, с 98-го по 2000 – Москва, служба в центральном аппарате. Из них больше половины срока – на территории Чеченской республики. Я уже до этого, начиная с 1994 года, был руководителем оперативных групп. Во время первой Чеченской кампании регулярно бывал в командировках по 2-3 месяца. А с июня 1999-го года постоянно там, сначала в Ингушетии, потом в Чечне, в качестве руководителя оперативной группы ФСБ.

– Это в те годы вы стали Героем России?

– Да. Я был представлен к этому званию за организацию и участие в операциях по ликвидации бандформирований. За освобождение заложников, которых тогда много было… Приходилось принимать очень сложные и трудные решения, когда обстоятельства заставляли посылать своих людей на выполнение заданий, связанных с риском для жизни. Это, к сожалению, неизбежно в нашей профессии… В 2000-м году я перевелся в Рязань, стал там начальником управления ФСБ. А с ноября 2002 года я в Ставрополе. Это если очень кратко в отношении географии и биографии.

– Это вы выбрали Ставрополь или он – вас?

– Определенные обстоятельства привели меня в этот город. У меня в Рязани родители, и родиной своей я считаю Рязань. Но у нас не работа, а служба. Предложили переместиться сюда для решения конкретных задач, я согласился. Ставрополь – замечательный город. Мне есть, с чем сравнивать. Я за свою службу переезжал более 20 раз, видел много городов. В период, когда активно занимался спортом, объездил весь Советский Союз. Ставрополь – очень зеленый, красивый город.

– Вам, безусловно, достался один из самых сложных регионов.

– Да, уровень безопасности в южном регионе недостаточно высок. Сохраняется реальная угроза совершения террористических актов. Я неоднократно говорил на разных уровнях, что обстановка у нас и сегодня – стабильно тяжелая. Напряженная. Особенность нашего региона в том, что здесь вроде бы и нет открытого вооруженного противостояния. Хотя события в феврале 2006 года в Нефтекумском районе показали, что банда готовила крупные вооруженные действия. Да, регион исключительно сложный, но с 2003 года нам удается предотвратить подготовленные теракты. Каждый год мы выявляем порядка 20 таких фактов. Для того чтобы организовать работу различных структур, ведомств исполнительной власти на всех уровнях, в крае создана антитеррористическая комиссия, возглавляет ее губернатор, а я являюсь его заместителем. Был создан постоянно действующий оперативный штаб, которым я руковожу. Но полагать, что безопасность – это дело исключительно ФСБ или МВД, было бы неверно. Все общество, каждый человек должен противодействовать терроризму. И я, и вы.

 

Нам приходится прервать интервью, потому что на традиционную предновогоднюю встречу к Олегу Михайловичу пришли дети погибших сотрудников ФСБ. Он вручает подарки, говорит теплые слова. С шуршащими пакетами и внушительными коробками дети покидают кабинет, а мы отправляемся на небольшую экскурсию по зданию ФСБ. Представьте, даже глаза не завязали. Вот пример открытости и доступности.

Проходим мимо выставки детских работ – пластилин, рисунки, мягкие игрушки. Дети сотрудников. Поднимаемся на этаж выше – здесь расположен музей, гордость ведомства. Создан он недавно, но коллекция внушительная. Среди экспонатов – форма, награды, оружие, портрет Президента, вытканный на ковре - чей-то подарок. И даже рабочий кабинет оперативного работника 40-х годов.

Затем отправляемся в бильярдную.

– Бильярд любите?

– Люблю, но бываю здесь не так часто.

– Вам знакома жажда первенства?

– Да. Дух соревновательности был еще с малолетства. В спорте, в учебе, в работе. Все время стремился быть впереди. И до сих пор – в показателях работы хочу посоревноваться с соседними управлениями.

– И как результаты соревнования, в нашу пользу?

– Надеюсь, что в нашу.

– Как вы отдыхаете?

– Я люблю активный отдых. С удовольствием выезжаю на природу, люблю рыбалку, автотуризм – вожу машину с 18 лет. За рулем отдыхаю. Время ведь в дефиците. Рабочий день ненормированный.

– А выходные?

– А выходные – это лучшее время, чтобы поработать. Можно спокойно посидеть, подумать, почитать, вникнуть.

– Детская мечта сбылась?

– Сбывается…

– Это из области секретного?

– Из области сокровенного.

 

Любимый предмет в школе: математика и физкультура

Какую музыку взяли бы на необитаемый остров: «Современных бардов, которые пишут песни со смыслом, чтобы не потерять контакт с живой мыслью»

Лучшая книга за последний месяц: «На двадцатое [день ФСБ] подарили новое издание Булгакова. Два его знаменитых романа перечитываю – «Мастер и Маргариту» и «Собачье сердце». Еще – воспоминания Н.Дикун, директора музея-заповедника С.Есенина»

Любимые города: Рязань и Ставрополь

Любимая кухня: «С 75-го года – кавказская. Полюбил, когда в начале службы попал в Азербайджан»

Любимый напиток: березовый сок

Любимая марка авто: «Мерседес»

Любимое кино: старые советские комедии Гайдая и Рязанова.

Время года: «То, которое с отпуском совпадает»

Последний раз я танцевал… «24 декабря – на день рождения жены. В охотку и с удовольствием»

Последний раз я дрался… «Провокационный вопрос. В личном деле не записано ни одного факта»




© 2007—2008 MediaPro Издательский дом,

Россия, Ставрополь, ул. Мира, 355, офис 16
Телефоны: +7 (8652) 941-601, 371-862, 371-863.
Email: info@mediapro26.ru

Создание сайта — Слимарт