Персона

Знак зодиака: стрелец.

Кухня: итальянская. «Еще люблю борщ, и все говорят, что очень вкусно его готовлю».

Напиток: коньяк и кофе

Музыка: Гребенщиков. «Знаком с ним лично. Именно Борис Борисовича слушаю, когда мне плохо».

Увлечение: «Триединое. Много  хорошей музыки, много хороших книг и много хорошего кино».

Город: Ставрополь.

Автомобиль: «Такси. Я не умею водить, поэтому у меня нет машины. А не вожу, потому что постоянно о чем-то думаю, боюсь кому-нибудь навредить».

Самая важная деталь в костюме: часы

Какие женщины нравятся: «Способные разговаривать со мной на одном языке».

Артур Насонов. Возраст созидания

На его визитке значится: publicrelations, politicalconsulting, electioncampaigns. Если для того, чтобы понять значения этих слов, вам требуется перевод, значит, вы выпали из контекста современной жизни. И вам точно не пригодится указанный ниже телефон.

Кто-то лепит кувшины, кто-то шьет одежду. Артур Насонов делает из людей политиков. Работа у него творческая, азартная и эксклюзивная. Он трудится много и с удовольствием.

Интервью назначено внезапно, и я едва успеваю привести в порядок мысли. В кафе, где мы встречаемся, из публики в это время дня только скучающие официанты. Артур Леонидович за столиком у окна с чувством предается «вредным привычкам» – сигарете с коньяком.

– Я волнуюсь, – приветствуя меня, говорит человек, который помогает «избираться» мэрам городов и депутатам краевой думы. Муниципальные мандаты, полученные при чутком консалтинге Артура Насонова, уже не поддаются счету. Самый свежий результат работы – 27 депутатов Ессентукской городской думы.

Интеллект и интеллигентность – определяющие черты Артура Насонова. В силу этих редких и располагающих качеств он скромен,  немногословен, сдержан в проявлении чувств. Но глаза у него – это глаза энергичного и очень внимательного человека.

Хотя Артур Леонидович вырос и живет в Ставрополе, он совершенно не подходит под представление о «коренном ставропольце». Он мог родиться в любой точке мира, и, наверное, везде бы выделялся из толпы, как выделяются неординарные, одаренные люди. Меня не покидает чувство, что в его точных и кратких ответах осталось много еще непостигнутого мной смысла.

– С прошедшим, Артур Леонидович. (За два дня до беседы нашей PеRсOне исполнилось 40). Как бы вы охарактеризовали свой возраст?

– Возраст созидания.

– Ваше самое большое эмоциональное потрясение за последний год.

– Любая победа на выборах – это колоссальный заряд адреналина. Вряд ли что-то может быть мощнее. За всю жизнь более сильные эмоции я испытывал только от рождения сына.

– Это правда, что вас многие называют «серым кардиналом»?

– Называют (улыбается).

– Насколько это верно?

– Смотря что под этим подразумевается… Я могу, скажем так, повлиять на многие процессы.

– Вы знаете, как стать политиком. Почему сами не пошли во власть?

– Не мое.

– А что должно быть у политика, что вам чуждо?

– Мягко выражаясь, способность к компромиссам. Это мягко выражаясь.

В школе Артур Насонов любил математику. Любить, собственно, больше было нечего – советская школа не оставляла выбора. История и литература, которые очень нравились сами по себе, были обезображены «совковым» подходом к образованию. А математика всегда свободна от идеологии.

Решение поступить в медицинский институт было спонтанным.

– Я бы не назвал медицину своим призванием, – говорит Артур Леонидович. – Но многие считают, что из меня бы получился хороший доктор. Аналитики нужны везде.

Аналитики-то нужны, но за «плохое поведение» Артура Насонова отчислили из института. Отслужив в армии, он вернулся в «мед». В 92-м году окончил институт с красным дипломом.

– По профессии работали?

– Совсем немного. Если бы у нас врачи получали нормальные деньги, я бы остался в медицине. Но один мой одноклассник как-то обронил: «Штука – не деньги». А я тогда работал на две ставки и получал примерно столько. Фраза «засела» в голове. Пять лет Артур Леонидович занимался фармацевтическим бизнесом. До кризиса 98-го его фирма благополучно работала. Потом для Артура Насонова  настал вынужденный период «поиска себя». А в 1999 друзья потянули его в политику.

– Чем вас удивила новая работа?

– Тем, что, как оказалось, у нас много порядочных и вменяемых людей. Гораздо больше, чем я раньше думал. Я стал лучше разбираться в людях. Теперь я «вижу» человека.

– С чего начинается избирательная кампания?

– С кастинга…

– На что обращаете особое внимание?

– На все. На речь, внешний вид, манеру одеваться. На биографию. Я сразу извиняюсь перед кандидатами за то, что буду задавать им неудобные вопросы. И задаю их. Главное – достигнуть полного взаимопонимания и доверия. Фактор успеха в том, чтобы верить, уважать и понимать друг друга. Если этого нет – я не буду работать с этим человеком.

– А если кампания уже запустилась, но вы обнаружили, что человек не оправдывает ваших ожиданий, вы можете уйти?

– Да. И такое бывало.

– Какими качествами должен обладать человек, чтобы вы согласились провести его предвыборную кампанию?

– Порядочностью. Еще должно быть понимание команды и чувство локтя. И не менее важно, чтобы человек, идущий в политику, был сильным. Слабому как ни советуй, ничего не получится. Внутренняя сила обязательно должна присутствовать.

– Ваши кандидаты, ставшие депутатами, вас не разочаровывали?

– Нет, даже наоборот. Когда я в одну из кампаний столкнулся с административным ресурсом «таранного типа», у меня было, что ему противопоставить. Люди, к которым я обратился, приехали и проследили за соблюдением закона.

– А в плане исполнения своих обязанностей во власти?

– Здесь сложнее… Нет, разочарований нет. Только то, о чем я уже говорил. В политике люди часто идут на компромисс. Я их понимаю. И никому не навязываю своих убеждений. Не разочаровывали, но в душе бывало немного нехорошо…

– Должен ли политтехнолог разделять убеждения кандидата, которого он выдвигает, поддерживать его программу?

– Нет, это совершенно необязательно. Важно понимание, что человек может что-то сделать, чтобы людям стало жить немножко легче. Без этого я не берусь за работу.

– Можете выделить самую яркую кампанию?

– Каждая по-своему интересна. Вспоминаются крупные, краевого уровня. Некоторые воспринимали их результаты как сенсации.

– А для вас это были сенсации?

– Нет. Мои прогнозы почти всегда сбываются. Просто я их не озвучиваю. Даже если на 100% уверен в душе, вслух не говорю. У кандидата может наступить самоуспокоение, а это вредно.

– У вас есть профессиональные приметы?

– Да. За день до выборов всегда иду стричься. И если всю кампанию хожу в джинсах, то в день выборов обязательно надеваю костюм и галстук.

От медика в Артуре Насонове, по его собственному признанию, остались системный подход, способность к сочувствию и здоровый цинизм. Я прошу поставить диагноз современным политикам, но Артур Леонидович уходит от ответа:

– Это из области психиатрии. А я детский врач.

Проявлением «здорового цинизма», видимо, можно назвать такую фразу:

– Выборы – это политический маркетинг в чистом виде. По большому счету, в раскрутке торговой марки и пиаре политика много общего.

Недавно Артур Насонов опубликовал в краевом издании статью.  Она вызвала массу нареканий со стороны определенных политических сил.

– Вы ведь предполагали, что так будет?

– Да.

– И почему все-таки решились?

– Люди должны иметь возможность высказываться, отстаивать свою точку зрения, жить в гражданском обществе. Но у нас в стране, увы, гражданского общества почти нет, а хотелось бы. Очень сильно. Я не опасался какого-то политического аутодафе или личных проблем. Там каждое слово – правда. Если это не нравится кому-то – что я могу поделать? Медведей бояться – в лес не ходить.

– А вам знакомы страх или опасения, когда вы идете на риск?

– Риск есть всегда, но я применяю адекватные меры защиты. Боюсь только крыс. Больше – ничего.

– Вы чувствуете себя счастливым человеком?

– Я стараюсь чувствовать себя счастливым. Для меня это важно. Политика затягивает, как наркотик. Чем-то другим потом заниматься скучно. Но работа все время идет на грани стресса, приходится испытывать серьезные нагрузки. Может начаться распад личности. Поэтому я всегда стараюсь сохранить гармонию с миром.

– Как вы восстанавливаетесь после кампаний?

– Выключаю телефоны, ложусь дома и читаю. Это длится примерно неделю. Я почти ни с кем не встречаюсь и не отвечаю на звонки. Друзья говорят: Артур опять поехал в Тибет. Они привыкли и не обижаются.

Сыну Артура Леонидовича Олегу скоро исполнится 14 лет.

– Взаимопонимание есть?

– Есть, но если раньше я был возведен в ранг абсолюта, то теперь отношение ко мне скорее как к старшему товарищу.

– Сравнивая его сейчас и себя в его годы, вы видите разницу?

– Да. Все поменялось. На новое поколение очень влияет система коммуникаций. Компьютер, Интернет, сотовые телефоны… А мы больше книжки читали.

– Вы бы хотели, чтобы сын пошел по вашим стопам?

– Да. Это интересно. Я накопил уникальный опыт и хотел бы передать его Олегу. По природе он лидер, но им нужно заниматься. К своему стыду, уделяю ему недостаточно внимания. А надо бы… такой возраст…

– А ваш отец вами занимался?

– Занимался, давал читать много книг, правда, иногда сложных не по возрасту.  Спасибо огромное и маме. Она – «универсальный коммуникатор», замечательный эрудированный человек. Мама – абсолютный экстраверт, а папа – абсолютный интроверт.

– Вы не хотели бы передать свой опыт ученикам?

– Я пошел бы преподавать, но боюсь не вписаться в современную вузовскую систему ценностей. Товарно-денежные отношения в высшем образовании меня коробят. Образование не должно быть бизнесом.

– А политика – бизнес?

– Да, политика – это бизнес.

 

BellaItalia

Знак зодиака: рак

Блюдо: суши

Напиток: Белое вино «Schiopetto»

Стиль в одежде: «В зависимости от обстоятельств и времени суток… Люблю, чтобы одежда подчеркивала фигуру».

Главная деталь: обувь

Музыка: от классической до хип-хопа

Книга: «Алхимик» Пауло Коэльо

Фильм: «21 грамм» с Шоном Пенном

Любимый город: Венеция, Санкт-Петербург

Лучший отдых: «На островах (море и поменьше людей)»

Спорт: «Моя истинная страсть – художественная гимнастика, но так как итальянцы больны футболом, приходится постоянно быть в курсе футбольных событий».

Автомобиль: BMW, серия 6

Какие мужчины нравятся: «Ценю интеллект, обаяние и тонкое чувство юмора».

Лучший комплимент: «Искренний комплемент от женщины, особенно когда оценивают обаяние, очарование и элегантность, а не просто красоту».

Ксения Насонова – это младшая сестра Артура Насонова. А Xenia Nassonova – успешная итальянская модель. На фотографиях Ксении я узнаю взгляд, встретивший меня в кафе – проницательный, глубокий и сосредоточенный… Чаще всего она смотрит прямо в кадр, а уголки губ напоминают знаменитую полуулыбку на итальянском шедевре.

Милан, где живет Ксения – это современная столица моды, мир, поймавший вечно ускользающую красоту, владения Дольче и Габанны, Ферре, Армани, Москино… Если где-то и знают, как выглядит прекрасное, то только здесь.

В 18 лет Ксения вышла замуж за военного и, как офицерская жена, поехала за ним в Клин, потом в Ставрополь, потом в Минск. Там, в Минске, Ксения ради интереса пошла на кастинг, который устраивали представители фирмы Dior. Она не стала первой, но ее заметили и пригласили работать в Румынию. Очень скоро Ксения переехала в Италию, где и осталась.

31 декабря в непривычно тихом, безлюдном офисе Pro я сняла трубку и позвонила в Милан. На том конце жизнерадостно ответили «Bonjourno!». Некоторое время мы с моей милой собеседницей, секретаршей итальянского агентства, в котором работает Ксения, преодолевали языковой барьер. Наконец, настало полное взаимопонимание, и я отправила факс с вопросами. Так, в эпистолярной форме, состоялось наше с Ксенией общение.

«Самое трудное решение, которое вы принимали в жизни?»

«Я не могу назвать решение поехать в Италию сложным. Я была безумно счастлива, когда получила это предложение. Дух авантюры во мне уже был заложен – я с детства очень много путешествовала. Так как я занималась спортом, часто приходилось ездить на различные соревнования, сборы. Кроме того, мама возила нас с братом по всей стране, знакомила с новыми местами.

А вот когда я приехала в Италию и столкнулась с первыми трудностями, стало понятно, что сказка, которую я вообразила в своей юной голове, переходит в быт. Мне стало страшно. Свалилась масса материальных и бюрократических проблем, которые казались неразрешимыми. Вот тогда и настал момент принять самое тяжелое решение: оставаться и самой бороться со всеми проблемами далеко от дома в двадцатилетнем возрасте, или вернуться под крыло мамы и папы».

«Как итальянцы реагируют, когда узнают, что вы из России?»

«Сейчас это уже не сенсация, потому что в Италии проживает огромное количество иностранцев. Итальянцы больше удивляются моей внешности – в их представлении русская девушка должна быть голубоглазой блондинкой с белой кожей. А тут смуглая брюнетка. В общем, принимают «за свою».

«Чем вам пришлось пожертвовать ради Италии?»

«Самым тяжелым моментом была разлука с моими детьми Арсением и Элизой. Сейчас все позади – сын и дочь живут со мной в Милане.

Мне не хватало семьи и друзей. Я очень скучаю по нашей природе. У меня дома каждый год меняется календарь с пейзажами Северного Кавказа. Когда приходят гости, я всегда с гордостью демонстрирую им наши пейзажи, и итальянцы приходят от них в восторг. Я скучаю по нашей кухне. В Милане есть русский магазин, куда я хожу почти каждую неделю и покупаю пельмени, блинчики, селедку…».

«Как решались языковые проблемы?»

«Очень просто: постоянное общение. Помню, как первое время в Италии я работала в шоу-руме «Valentino» полтора месяца, с утра до вечера каждый день. Когда я только начала там работать, знала всего несколько слов. К концу сезона итальянцы в шутку говорили: «Ты была такая тихая, а теперь что с тобой стало? Болтаешь без конца!». Я почувствовала себя свободно и раскованно в Италии, когда начала в совершенстве владеть языком. Правил не учила, но не ошибаюсь в разговоре, свободно читаю книги и пишу без проблем. У моих детей уже нет русского акцента, а у меня остался, легкий. Пусть будет, зачем от него избавляться?»

«Какие дефиле и фотосессии для вас были самыми значительными, япкими?

«Самыми яркими и значительными в карьере любой модели являются обложки журналов и кампании. Когда это случается в первый раз, ты считаешь дни до выпуска журнала, с нетерпением бежишь в киоск, покупаешь журнал и не можешь оторвать глаз. Постепенно к этому привыкаешь. Сейчас я покупаю журналы просто почитать и случайно встречаю себя на страницах «Cosmopolitan», «Glamour», «Amica». Не скрою, мне это очень приятно, но уже нет таких эмоций, как раньше.

Очень важной для моей карьеры были кампании «Baldinini» «Весна-лето 2005» и «Осень-зима 2005-2006». Они вышли в журнале «Vogue» всего мира, и в России тоже. Когда я знаю, что фото будет публиковаться в России, то работаю с большой радостью».

«Что самое приятное для вас в вашей работе? И самое негативное?»

«Самое приятное в моей работе это то, что жизнь кипит. Я знакомлюсь с людьми из разных стран, много путешествую. Все это очень обогащает душу. Негатив для меня – это то, что в модельном бизнесе почти всегда ценят только физические качества. Могут заменить кем-то другим в считанные секунды».

«В чем секрет вашей красоты? Как вы сохраняете великолепную форму?»

«В моем случае важную роль сыграла генетика. Мои родители всегда выглядели моложе своих лет. Сохранять молодость и красоту помогает воспитанное папой серьезное отношение к питанию. Я стараюсь следовать его советам, но это не всегда получается, так как большое количество времени провожу в поездах и самолетах, а как можно питаться в таких условиях? К счастью, у меня никогда не было проблем с весом, уже много лет я вешу 52 кг при росте 176 см. Фотографы спрашивают меня, сколько времени я провожу в тренажерном зале. На самом деле я долго занималась художественной гимнастикой, и думаю, перезанималась – устала от спорта на много лет вперед, но благодаря нему на мою фигуру никак не повлияло рождение двух детей. Что касается кожи, то я с фанатизмом отношусь к уходу за ней».

«Как справляетесь с конкуренцией? Насколько верно мнение, что модельный бизнес – один из самых жестких?»

«Людям, которые проводят кастинг, нужно выбрать из ста девушек одну, порой это равнозначно выигрышу в лотерею. Сейчас с улыбкой вспоминаю, как на первых порах переживала, что на ту или иную работу взяли не меня, а кого-то другого. Со временем, когда «book» (фотоальбом) пополняется кампаниями, каталогами, обложками журналов, появляется больше шансов получить работу. Когда достигнешь определенного уровня, конкуренция уже не так страшна. У меня очень много подруг моделей, их профессиональным успехам я радуюсь от всего сердца. Что касается жесткости этого бизнеса… Все зависит от того, насколько раним человек. Можно сломаться от элементарного комментария, к примеру «Вы нам не подходите, вам нужно похудеть». К счастью, у меня достаточно сильный характер».

«Какие приметы есть у моделей? Есть ли они у вас?»

«Самая популярная примета – перед каждым дефиле, чтобы все удачно прошло, все становятся в круг, протягивая руки в центр, кладут одну на другую и получается гора рук. Это очень забавно, потому что они часто бывают разных оттенков кожи, от белого до черного. Потом все хором кричат «MERDA, MERDA, MERDA». Моя личная примета – никому не рассказывать о каком-либо рабочем предложении до того, как его подтвердят».

«Как проходит ваш рабочий день?»

«Когда предстоит фотосъемка, я приезжаю в студию около восьми утра. Визажист обсуждает с фотографом и клиентом, какой образ он должен создать. Когда идея ясна, визажист принимается за макияж и укладку волос, которые занимают от сорока минут до двух часов. Когда визажист заканчивает свою работу, он торжественно произносит «Pronta!» («Готова!»), и все с большим любопытством бегут на меня смотреть. Затем стилист меня одевает. Съемки обычно проходят в большом напряжении, мы снимаем без остановки огромное количество кадров, до тысячи в день, чтобы выбрать потом 15-20 фотографий для каталога и одну для кампании. Поэтому фотографы любят, когда ты умеешь двигаться, менять выражение лица, входить в образ, который требуется – тогда теряется меньше времени и все остаются довольны.

Участие в дефиле начинается с примерки платьев, затем обсуждается хореографическое шоу. Порой это бывают очень сложные выходы, на репетицию таких шоу уходит пара часов. После – макияж и укладка волос. С момента первого выхода начинается кромешный ад. Все кричат, одежда летит в разные стороны… Переодеться нужно за считанные секунды. И вот ты слышишь, как ответственный выкрикивает твое имя (это значит, что уже пора выходить), а у тебя ремешок от босоножка застрял или, пока на тебя одевали платье, волосы превратились во что-то ужасное. Парикмахер пытается их заколоть, ты его просишь, чтобы он тебя отпустил... На подиуме – улыбка, очарование и элегантность, а там, позади, суматоха и страшное напряжение. Когда дефиле заканчивается, все очень довольны. У меня же болит голова и стучит в висках».

 «Чем думаете заняться, оставив модельный бизнес?»

«Вряд ли я смогу после насыщенной эмоциями жизни иметь какую-то монотонную работу… А с другой стороны, хочется покоя. Поэтому иметь небольшой пляж или небольшую гостиницу на берегу моря было бы неплохо. Но пока это только мечта!»

Продвижение людей и вещей – две стороны одного явления…

Первым номером года Pro доказывает родство рекламы и public relations. И все же главное – это рассказ о двух успешных, талантливых и красивых людях, о людях одной крови, о людях, сделавших карьеру в этом сложном мире PR и рекламы...




© 2007—2008 MediaPro Издательский дом,

Россия, Ставрополь, ул. Мира, 355, офис 16
Телефоны: +7 (8652) 941-601, 371-862, 371-863.
Email: info@mediapro26.ru

Создание сайта — Слимарт